Не нужно тропить в пяту

Фото Pixabay

Как я понял, капустинские охотники охотятся на зайцев с гончей.

Чтобы понять проблему, нужно осмыслить, что есть пользование объектом охоты (в нашем случае объект охоты — заяц) для охотников и юридических лиц в соответствии с гражданским и с отраслевым законодательствами.

Закон «О животном мире» (ст. 14) относит охоту к видам и способам пользования животным миром.

В ст. 11 Закона «Об охоте …» зайцы отнесены к охотничьим ресурсам на территории Российской Федерации. Ресурс — это имущество, отсюда пользование им — это имущественно-правовые отношения. В этой части отраслевой закон гласит следующее.

В ст. 4.2 (№ 209-ФЗ) сказано:

«Имущественные отношения, связанные с оборотом охотничьих ресурсов и продукции охоты, регулируются гражданским законодательством, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом».

Таким образом, присутствуют отсылки как к гражданскому, так и к отраслевому законодательству.

Гражданский кодекс определяет четыре вида правового оборота охотничьих ресурсов для конкретных юридических охотпользователей:

1) договор купли-продажи

2) договор аренды

3) договор доверительного управления и пользования

4) концессионное соглашение

Однако Закон «Об охоте…» весь этот правовой оборот полностью исключает, и не может быть ни приватизации, ни аренды, ни предоставления в доверительное управление и пользование.

Охотничий ресурс — сложное имущество, состоящее из множества составных частей. В ст. 11 № 209-ФЗ указаны виды охотничьих ресурсов на территории России, но законодательно не обозначена охотхозяйственная популяция, начальная составляющая имущественная часть охотресурса, обитающая в границах конкретного пользования, по отношению к которой может быть осуществлено оформление правового оборота.

Охотхозяйство не может быть пользователем всего ресурса в границах всей территории России.

Часть ресурса, обитающая в границах охотхозяйства, законодательно не обозначена, по этой причине никакую часть любого вида охотресурса, обитающего в границах конкретного охотхозяйства, невозможно ни приватизировать, ни взять в аренду, ни получить в доверительное управление и пользование.

У нас Новогудинские, Ольхонские, как и другие охотхозяйства в России, являются охотпользователями и арендаторами по понятиям, а не по закону. Де-юре на западный манер они аутфиттеры, а по-русски охотоператоры-посредники.

Если брать охотугодья, то здесь мы сталкиваемся с подменой понятий. Земельные участки под инфраструктуру путают с охотугодьями.

Понятно, что, обсуждая понятия, мы никуда не продвинемся. Весьма полезен в этом плане взгляд со стороны, так сказать, свежей головы.

Нина Писаренко, корреспондет «МК-Байкал» («РОГ» № 10, 2019 «Охота по праву богатого») пишет следующее.

Как отмечает Юрий Ламанов, новые хозяева благодушно предложили местным приобретать у них лицензии на право поохотиться на участках. Вот только стоимость такой лицензии в десятки раз выше, чем обычной государственной.

Итак, видны корни проблемы в лицензиях на право охоты и в десятки раз завышенной их стоимости. Если подходить с позиций права, то проблема находится в трех плоскостях:

а) само госразрешение на добычу

б) механизм приватизации выдачи госразрешений на добычу

в) отнесение выдачи госразрешений на добычу к сервисным услугам деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

Закон «О животном мире» № 52-ФЗ устанавливает, цитирую: «Животный мир является достоянием народов Российской Федерации…».

Таким образом, охотничьи ресурсы — это государственная собственность вида общенародного достояния. Отсюда зайцы, на которых охотятся капустинские охотники, это их достояние.

Они коллективные собственники (совладельцы). В соответствии с гражданским законодательством, обладатели достояния автоматически получают право им пользоваться, и не требуется никаких дополнительных разрешений, наделяющих и подтверждающих право пользования. Это по Гражданскому кодексу.

Но в ст. 4,2 № 209-ФЗ, кроме ссылки к гражданскому законодательству, есть и поправка к ней: «… если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом». Иное — это ст. 8.3. Право на добычу охотничьих ресурсов возникает с момента выдачи разрешения на их добычу. Ст. 8 вводит «разрешение на добычу достояния», а ст. 29 обязывает всех их брать.

Разрешение, выдачей которого предоставляется какое-либо право, это лицензия. Я не могу припомнить ни одну средневековую тиранию, в которой выдавались бы гражданам лицензии, предоставляющие им право пользоваться достоянием.

Я считаю, что лицензия, предоставляющая (ст. 8 № 209-ФЗ) и подтверждающая (ст.1.16) право пользования общенародным достоянием (№ 52-ФЗ), является пережитком мракобесия, и это немедленно должно быть отменено.

В Законе «Об охоте» прописаны не приватизация охотресурсов или аренда охотугодий, а механизм приватизации выдачи госразрешений на добычу (ст. 8 № 209 ФЗ) через заключение охотхозяйственных соглашений (ст. 27 № 209-ФЗ).

Единственный документ, который наделяет охотхозяйство правом выдавать охотникам разрешения на добычу, это охотхозяйственное соглашение.

Заключением охотхозяйственного соглашения орган исполнитльной власти субъекта Российской Федерации обязуется предоставить в аренду на срок, равный сроку действия охотхозяйственного соглашения, указанные в  ч. 2  ст. 25 настоящего Федерального закона земельные участки и лесные участки и право на добычу охотничьих ресурсов в границах охотничьих угодий. Ч. 2 ст. 25 — это не охоотугодья, а земельные участки под охотничью инфраструктуру.

Понятно, что юрлицо, предприятие, хозяйство, арендующее земельный участок под инфраструктуру, не может непосредственно заниматься добычей объектов охоты. Добыча — это составная часть охоты, занятие исключительно для физических, но не для юридических лиц.

Отсюда для юрлиц реализация права на добычу существенно отличаются от физических лиц, и это не добыча. Для юрлиц предоставление права добычи реализуется через заполнение бланков разрешений на добычу и выдачу их охотникам (см. ст. 31.1.1), а) 209-ФЗ)), в пределах установленных лимитов и квот (ст. 24 № 209-ФЗ), в границах закрепленных охотничьих угодий (ст. 7.2.1) № 209-ФЗ).

При этом охотугодья вообще не место для охоты, а территории, в границах которых допускается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства (ст.1.15) № 209-ФЗ). Никакой передачи самих объектов охоты или охотугодий юрлицу в пользование нет и в помине.

Обладатели охотхозяйственных соглашений не являются охотпользователями и арендаторами, а становятся охотоператорами-посредниками по выдаче охотникам госразрешений на добычу.

Охотхозяйственные соглашения, которые через аренду земельных участков под инфраструктуру наделяют юрлиц правом выдачи охотникам госразрешений на право добычи, на самом деле сумасбродство не меньшее, чем лицензии на право пользования достоянием.

Приведу пример по аналогии. Исполнительная власть арендой земельных участков под парковку автомобиля передала частной структуре право выдавать водительские удостоверения (права) физическим лицам на управление автомобилем. Всем понятно, что это беспредел, только для охотников подобное — норма.

Охотхозяйственные соглашения — это механизм, приватизация выдачи госразрешений на право добычи, и их заключение требует соблюдения установленного законом порядка.

Закон (ст.ст. 39, 32, 16 № 209-ФЗ) требует, что сначала необходимо утвердить схему размещения, использования и охраны охотничьих угодий с соблюдением установленных требований и только потом заключать охотхозяйственные соглашения.

Мудрый председатель Ольхонского РООиР Ю.Е. Ломанов сразу раскусил ситуацию и направил в правительство области соответствующий запрос.

Правительство области поняло, что, не утвердив схему, но заключив охотхозяйственнные соглашения, оно нарушило установленный законом порядок (ст.ст 39, 32, 16 № 209-ФЗ, ст. 10 № 52-ФЗ), что, в свою очередь, делает незаконной наделение юрлиц правами выдачи охотникам разрешений на добычу (ст.31.,1., 1)., а) № 209-ФЗ).

Нина Писаренко так описывает реакцию правительства Иркутской области на запрос Ю.Е. Ломанова. Создание схемы было поручено Службе по охране животного мира Иркутской области еще в 2017 году, но документ до сих пор не подготовлен и не вынесен на обсуждение.

Правда, и самой Службы уже нет — распоряжением губернатора она включена в министерство лесного комплекса региона.

Правительство области, говоря языком гончатника, сдвоила и сделала скидку. Пробежала обратно своим следом, сделала прыжок в сторону и затаилась. Можно сколько угодно двоить и делать скидки, но факт остается фактом.

Приватизация охотоператорами-посредниками выдачи охотникам госразрешений на добычу охотничьих ресурсов прошла с нарушением установленного законом порядка. В такие угодья разрешения по закону должны выдывать госорганы охотуправления.

Охотхозяйственные соглашения подлежат отмене, и процесс их нового заключения должен быть начат с нуля с соблюдением статей 39, 32, 16 Закона «Об охоте…» , ст. 10 Закона «О животном мире», ст. 27 Закона «Об общественных объединениях» .

Среди заключивших охотхозяйственные соглашения с нарушением установленного порядка в ольхонском районе, по словам Нины Писаренко, два крупных охотоператора:

а) общество «Динамо» регионального УВД и б) Иркутский авиазавод и ряд мелких.

Нельзя исключать, что динамовские охотники побегут с жалобой к начальнику управления внутреннних дел, а охотничий актив авиазавода завалит президента мешками писем. Типа того, мы делаем лучшие в мире самолеты, а у нас отобрали охотугодья.

 

Не нужно тропить в пяту

Фото Владимира ЛОПАТИНА

Именно это пугает чиновников, и они будут всячески тянуть с отменой противоправно заключенных соглашений и затягивать решение вопроса по закону.

Мелкие охотоператоры сразу поняли, что установленный законом порядок они нарушили и не имеют права выдавать охотникам разрешения на добычу, а сама отмена охотхозяйственных соглашений — вопрос времени.

Как пишет Нина Писаренко, они стали активно продавать участки. Некоторые уже проданы из рук в руки по нескольку раз.

Охотники Капустинского охотколлектива («РОГ» № 15, 2019) пока еще не поняли, что в законе «Об охоте» прописаны ни приватизация охотресурсов или аренда охотугодий, а механизм приватизации выдачи охотникам госразрешений на добычу (см. выше).

Разрешения в охотничьи угодья, которые не включены в охотхозяйственные соглашения, выдают госструктуры (ст. 31.1.1) б) № 209-ФЗ. Стоимость разрешений в соответствии с размером сборов согласно НК РФ.

Если есть охотхозяйственные соглашения, то разрешения на охоту выдают частные охотоператоры-посредники (ст. 31.1.1) а) № 209-ФЗ, и это уже не только сборы, но и сервисная услуга, и цена, соответственно, возрастает в десятки раз.

Охотники капустинского охотколлектива, не тропите в пяту. У вас ситуация один в один, как в Ольхонском районе. Тропите по следу. Нужно максимум два запроса.

Первый запрос в управление охотничьего хозяйства, которое выдает разрешения на добычу в общедоступные охотугодья, примерно следующего характера.

Н-ское охотхозяйство ( охотхозяйство, где вы охотитесь) заключило охотхозяйственное соглашение с нарушением статей 39, 32, 16 Закона «Об охоте», ст. 10 Закона «О животном мире».

Нарушен установленный законом порядок предоставления юрлицу права на добычу охотничьих ресурсов в части наделения его полномочиями по выдачи охотникам разрешений (ст. 31.1), а) № 209-ФЗ).

В силу этого Н-ское охотхозяйство не имеет права выдавать охотникам разрешения на добычу. Являясь законопослушными гражданами и в соответствии со ст.ст. 33,6, 29.2, 31.1) б) Закона «О охоте…», просим управление охотничьего хозяйства выдать нам в Н-ское охотхозяйство разрешения на добычу зайцев. лосей, кабанов и т.д.

Статья 10 абз 3. № 52-ФЗ устанавливает, что органы государственной власти при осуществлении своих полномочий в области охраны и использования животного мира обязаны учитывать предложения и рекомендации граждан.

Таким образом, по закону (ст.10 абз. 3 № 52-ФЗ) при утверждении схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий с соблюдением утвержденных требований (ст. 39, 32, 16 № 209-ФЗ), а в Смоленской области, по моим данным, она не утверждена, а также при заключении охотхозяйственного соглашения с Н-ским охотхозяйством власти обязаны были учитывать предложения и рекомендации Капустинского охотколлектива.

Какой там учитывать… С охотниками поступили по Достоевскому, — богатые право имеют, а местные «тварь дрожащая» и права не имеют. Нарушение закона налицо.

Подчеркиваю, Закон «О животном мире» был принят 22 марта 1995 года, когда о переделах охотресурсов никто и не думал. Отговорки, что они и аренду платят, здесь не проходят.

Это оправдания: «Вернуть вам украденную у вас автомашину не можем, поскольку воры ее продали и с вырученной суммы заплатили налог с продаж».

Если охотуправление откажет в выдаче разрешения на добычу или отправит за разрешением в само Н-ское хозяйство, отправляйте ответ с жалобой в прокуратуру. Пусть проверят, законно ли Н-ское охотхозяйство получило право выдавать охотникам разрешения.

Нароют точно и переведут охотугодья из закрепленных в общедоступные.

Заказное письмо с уведомлением стоит 36 рублей. Такие расходы необременительны, и такие деньги найти можно.

Уважаемый Алексей Красев («РОГ» № 15, 2019), какие суды, какие адвокаты и зачем? Грудев никогда ничего подобного не предлагал. Есть более простые, дешевые и надежные правовые пути решения, и ими нужно пользоваться.