Охота: история, настоящее, перспективы

Фото Pixabay

В свою очередь «Охотничьи ресурсы — объекты животного мира, которые… используются или могут быть использованы в целях охоты».

Еще более сложным является определение термина «охотничье хозяйство».

Согласно закону — это «сфера деятельности по сохранению и использованию охотничьих ресурсов и среды их обитания, по созданию охотничьей инфраструктуры, оказанию услуг в данной сфере, а также по закупке, производству и продаже продукции охоты».

Закон содержит шестнадцать (!) основных понятий об охоте, способах охоты, охотничьих угодьях, разрешениях на добычу, лимитах и квотах добычи и т.д.

Кроме Федерального закона, существуют еще Правила охоты, Лесной кодекс, Земельный кодекс, Административный и Уголовный кодексы…

Терминология Закона «Об охоте…» и «Правил охоты» вызывает много жарких споров и ожесточенной критики — посмотрите охотничью прессу!

Правовые акты в сфере часто противоречивы, содержат нетрадиционную для охотничьей отрасли терминологию.

Без специалистов многие современные проблемы не решить.

Охотовед — это такой же специалист в области охоты и ведения охотничьего хозяйства, как инженер в области машиностроения, металлургии или строительства мостов. Большой мост, построенный без инженеров-мостостроителей, прослужит недолго, какими бы умелыми не были рабочие, его построившие.

Основоположником отечественного охотоведения был А.А. Силантьев, служивший в министерстве земледелия в конце XIX века. Значение термина «охотоведение» в развернутом виде дал в 1922 году Д.К. Соловьев: «Всестороннее изучение охоты во всей ее совокупности и составляет предмет охотоведения, затрагивающий весьма многочисленные отрасли знаний».

Развернутая формулировка выглядит следующим образом: «Предмет охотоведения целиком охватывает биологию охотничьих зверей и птиц, без знания которой немыслимо ни производство охоты, ни ведение охотничьего хозяйства, затем близко касается географии животных, физической географии, экономической географии, истории… юриспруденции, технологии, статистики и пр.

Таким образом, видно, что специалист по охотоведению должен обладать достаточно обширными познаниями в области различных наук, и одно практическое знакомство с производством самой охоты далеко недостаточно».

Толковый словарь 1938 года более лаконичен: «Охотоведение — дисциплина, изучающая ведение охотничьего хозяйства и способы охоты… Охотовед — специалист по охотоведению».

В предвоенные годы словари вообще не страдали расплывчатостью формулировок — нужно было действовать, а не просто философствовать: «Охотничье хозяйство — отрасль народного хозяйства по добыванию диких зверей и птиц» (БСЭ. 1939).

Особенности общественно-политической жизни и экономики Советского Союза наложили свой отпечаток на развитие отечественного охотоведения. В 1920-х гг. экспорт пушнины был одним из главных источников валюты, опережая даже экспорт нефтепродуктов, что в наше время не может не вызывать удивления!

Охотничий промысел и заготовка пушнины оказались под пристальным вниманием государства. Валютная выручка от пушного экспорта была острой необходимостью для закупок за рубежом промышленного оборудования.

Впереди мрачно маячили Вторая мировая война и печи Бухенвальда… Государство интересовал в первую очередь именно охотничий промысел, а не абстрактная охота. Слово «охота» образовано от устаревшего и утраченного на сегодняшний день слова «хота» — желание, радость, веселье. Слово «хотеть» того же происхождения.

Непризнанной советской стране, находившейся в тисках международных санкций, было не до веселья. Необходим был именно охотничий промысел, то есть добывание зверей и птиц для получения средств к существованию.

Развитие охотничьего промысла и зарождавшееся охотничье хозяйство остро нуждались в специалистах — подготовка охотоведов ведется с 1920-х годов.

Великая Отечественная война заставила обратить внимание государства на все имеющиеся ресурсы, мобилизовать все силы на материальное обеспечение оборонных нужд. Охотоведческая наука была занята только одним делом — поиском ресурсов — «Все для фронта, все для победы!».

Рабочие эвакуированных оборонных заводов сильно нуждались в продуктах питания. Нарком авиационной промышленности А.И. Шахурин: «Когда было особенно трудно с мясопродуктами, на заводах создавались охотничьи бригады, которые вели отстрел диких животных. На уральском заводе однажды получили лицензию на отстрел 150 лосей. Лосиные туши вывозились самолетами. Мясо передали в рабочие столовые и детские сады».

Был возобновлен промысел соболя — валюта, полученная в результате экспорта пушнины, была нужна стране не меньше, чем в довоенное время.

После войны начался следующий этап развития охоты. В 1950–1960-х было образовано множество охотничье-промысловых хозяйств (охотпромхозов) и спортивных охотхозяйств. Специальность стала называться биолог-охотовед.

Учебный план по специальности «Биология» со специализацией «Охотоведение» был утвержден в 1970 году. Считалось, что специалист-охотовед с высшим образованием это, прежде всего, биолог; к концу 1960-х значение охотничьего промысла для экономики страны снизилось.

Большинство охотников уже охотились для получения удовольствия от самой охоты, а не занимались «охотхозяйственным производством». Охотпромхозы по-прежнему добывали пушнину, но охота стала многообразным социальным явлением.

В 1969 году в Москве проходил IX Международный конгресс биологов-охотоведов. Председатель Президиума Верховного Совета СССР Н.В. Подгорный в приветственной речи заявил: «Рациональная охота рассматривается в нашей стране, прежде всего, как одно из звеньев в общей системе мер по охране природы и природных ресурсов».

Термин «охотовед» происходит все-таки от слов «охота» и «ведать». Охота — это добывание диких зверей и птиц. «Ведение», «ведать» — знать, иметь сведение, знание.

В журнале «Охота и охотничье хозяйство» развернулась целая дискуссия по проблемам подготовки специалистов-охотоведов: «Охотовед — это кто? Управленец-организатор охотничьего хозяйства или биолог?»

Дискуссия напоминает спор на тему: «Что предпочтительнее — сладкое или зеленое?» Уже тогда было ясно, что охота очень многообразна, нужны  и управленцы, и биологи. Приехавшие на работу в сибирскую глубинку выпускники сталкивались с одними проблемами, а приехавшие в охотхозяйства европейской части страны — с другими.

В 1960-х в экономике и внутренней политике страны прошли малозначительные рыночные и серьезные идеологические реформы — власть отказалась от идеи диктатуры пролетариата (!), все чаще зазвучало слово «хозрасчет».

Но руководящие и организаторские функции в нашей стране по-прежнему выполняли партийные органы. Сами выпускники вузов очень редко называли себя полным названием «биолог-охотовед», чаще коротко прозносили, причем не без гордости, — я — охотовед.

Конкурс при поступлении был очень большой — доходил до 8 человек на место! Уровень подготовленности к учебе студентов был высоким.

Охотовед — редкая специальность, требует высокой самоорганизации, находчивости, эрудиции и расширенного кругозора.

Психосоциальные особенности профессионального сообщества охотоведов: индивидуализм, высокая коммуникабельность, высокий уровень социального капитала (межличностные отношения, общее чувство идентичности, общее понимание, общие нормы, общие ценности, доверие, сотрудничество и взаимность) в малых группах; в то же время можно отметить некоторую долю бунтарства.

Фразу «Не это нужно для охотничьего хозяйства!» можно и сейчас слишком часто услышать на собраниях и конференциях охотоведов.

 

Охота: история, настоящее, перспективы

Фото Антона ЖУРАВКОВА

Никаких серьезных потрясений отечественное охотоведение не испытывало. Во второй половине 1980-х были приняты Закон «Об индивидуальной трудовой деятельности», Закон «О кооперации в СССР», появились «совместные предприятия» и т.д., что быстро привело к полной смене общественного строя и структуры экономики.

Разразился сильный кризис, финансовый и мировоззренческий. «Создается впечатление, что охотоведческая наука настолько «ошарашена» происходящими в стране событиями, что и не представляет себе, что же делать и где выход.

Во всяком случае, какие бы формы собственности, формы хозяйственности в нашей стране ни были, куда бы ни двигалось государство, ресурсы необходимо и охранять, и использовать разумно.

А значит, охотоведы и сейчас нужны и нужны будут в будущем», — писал иркутский охотовед Л.В. Сопин в 1998 году.

В 2009 году на открытии XXIX Международного конгресса биологов-охотоведов министр сельского хозяйства Е. Скрынник сказала: «Рациональное ведение современного охотничьего хозяйства является одним из важнейших инструментов сохранения животного мира и экономически обоснованным производственным процессом, позволяющим получать продукцию и услуги, создавать рабочие места в сельских районах».

В то время охотничье хозяйство находилось в ведении министерства сельского хозяйства. Параллели с 1969 годом хорошо заметны.

В наше время подавляющее большинство охотников — это не штатные работники охотхозяйственных предприятий, снабженные выданными со склада средствами производства: служебным оружием, спецодеждой, транспортом.

Все это охотник приобретает на свои собственные средства, «по кошельку и по вкусу». Охотпромхозы в наше время фактически исчезли. Охота — не работа на заводе за заработную плату. Охотника с охотой связывают не трудовые отношения, он — клиент, а не работник.

Одному по душе индивидуальная охота с легавой, а другому нужны коллективные охоты на копытных. Но оба не без гордости скажут: «Я — охотник!»

По аналогии с рыболовством: один человек приобретает дорогой спиннинг или нахлыстовое удилище и рыбачит в свое удовольствие на реке, озере или платном пруду. Другой устраивается работником на рыбацкий сейнер и ловит рыбу в Белом море. Оба скажут о себе: «Я — рыбак!»

Разница между поставщиком услуг и работодателем очень велика. Охотоведу-практику приходится постоянно решать множество проблем — биологического образования с небольшой долей специальных «охотничьих» дисциплин явно не хватает.

Это убедительно показал опрос более сотни охотоведов во время разработки профессиональных стандартов «Охотовед», «Егерь» и «Охотник промысловый».

Типичный ответ на вопросы о профессиональных проблемах и пожеланиях: «Конечно, биологические знания нужны… Но приходится решать так много организационных вопросов, столько новых законов-постановлений появляется, что хоть дополнительно на юриста и какого-нибудь специалиста по управлению учись!»

Как в поговорках: «И швец, и жнец, и на дуде игрец!» и «Знать не знаю, ведать не ведаю, а дело мое». Естественно, оплачивать дополнительно эту «многостаночную» трудовую деятельность никто не собирается.

Денег на оплату привлекаемых специалистов нет. Резкое сокращение, фактически ликвидация районных охотоведов в 2010 году, нанесло охотоведению и охотничьему хозяйству огромный ущерб. Где будет работать выпускник охотфака, в общественной охотничьей организации, департаменте природных ресурсов или частном охотхозяйстве, неизвестно.

Охотоведение оставляет желать лучшего не только в плане финансирования, но и в плане определения векторов развития и приложения усилий. Вузы, готовившие охотоведов, были функциональной частью советской модели экономики 1970-х, и им очень трудно приспособиться к современным реалиям.

Кто виноват? Жизнь, которая не стоит на месте. Что делать? Учитывать это и адекватно, упреждающе отвечать на все современные вызовы этого «качающегося» мира!

Современный факультет охотоведения должен быть именно  отдельным факультетом и включать в себя два отделения, ведущих подготовку специалистов двух видов: «Охотовед» и «Биолог-охотовед».

Профессиональный стандарт «Охотовед» уже разработан и утвержден, специалисты Минтруда России подчеркивают, что учебные программы должны базироваться на профстандарте. Подготовить биолога вряд ли легче, чем врача-терапевта, без фундаментальных дисциплин не обойтись.

Выпускники-охотоведы будут заниматься именно организацией, управлением и контролем различных видов охоты, а биологи-охотоведы будут фундаментально заниматься именно мониторингом и контролем популяций охотничьих животных.

Эффективно профессиональный «дуэт специалистов» покажет себя в региональных департаментах природных ресурсов: биологи-охотоведы будут держать под контролем популяции диких животных — динамику численности и биоразнообразие; охотоведы — контролировать деятельность охотхозяйственных предприятий и заниматься инспектированием охотничьих угодий — «работать на земле».

ПРИМЕЧАНИЕ

ОХОТОВЕД

Обобщенные трудовые функции (согласно утвержденному Минтруда России профессиональному стандарту «Охотовед»):

1. Организация заготовок продукции охоты и сбора биологического материала.
2. Организация охоты, отлова и отстрела диких животных, включая предоставление услуг в этой области.
3. Организация и контроль охраны, воспроизводства и рационального использования охотничьих животных.

БИОЛОГ-ОХОТОВЕД

Обобщенные трудовые функции — предложены с учетом компетенций профиля «Охотоведение» направления «Биология»:

1. Сбор биологического материала для прикладных и фундаментальных биологических исследований.
2. Мониторинг, проведение учетов и прогнозирование численности диких животных.
3. Охрана, воспроизводство и регулирование популяций диких животных.