Весенние палы: ищем виноватых

фото: Fotolia.com

Хочу высказаться на тему весенних палов.

Сам я всю жизнь прожил в деревне, занимаюсь сельским хозяйством, немного охочусь, вырастил двоих детей.

Старший сын тоже охотник.

Я не понаслышке знаю все проблемы современной деревни российской средней полосы.

Сельское хозяйство и дичь

Хаос и беспредел 1990-х уничтожили многие колхозы и совхозы.

Но это ни в коей мере не компенсируется увеличением количества дичи: ни тетерев, ни куропатка не избавят Россию от продовольственной зависимости последних лет.

Умиляться плодящейся дикой птице на заросших бурьяном полях, где должны бы колоситься хлеб или куститься картошка, по-моему, неправильно. Я считаю это однобокой, куцей позицией.

Тем более что и дичь-то сильно не размножается из-за тех же весенних палов и из-за того, что многие виды дичи могут благополучно чувствовать себя только рядом с человеком, в тесной связи с его сельскохозяйственной деятельностью.

Когда в начале 80-х у нас в селе были коровники, конный двор, силосные ямы и скирды сена, я видел всю зиму стайки серых куропаток по 30–40 голов. И мужикам-скотникам даже в голову не приходило охотиться на них, хотя они подпускали к себе человека в санях на 5 метров.

Читайте материал "Дым: как не угореть на охоте или рыбалке"

В то же время зайцы протаптывали тропы в кустистых оврагах и около скирд на полях озимых. А в этом году зимой я в радиусе 10 км от своего села нашел только один русачий след. Тропить русака пришлось ездить за 30 км туда, где немного еще сеют озимые и многолетние травы.

В те же 80-е тысячные стаи гусей кормились весной на залитых лужами озимых полях и выкошенных покосах. И тетеревиное «бульканье» раздавалось по утрам ничуть не меньше, чем сейчас. Да и кабан тогда не был редкостью, хотя его никто специально не подкармливал. Кабаны кормились сами на картофельных, свекольных и кукурузных полях.

 

Весенние палы: ищем виноватых

фото: Fotolia.com

В этом году я наконец-то серьезно занялся охотой с легавой. Первый дратхаар — Лада погибла под машиной 3 года назад в возрасте 1,5 года. Сейчас у меня работает тоже дратхаар, с той же кличкой, по второму полю.

Я на личном опыте убедился, что даже дратхаар не может работать в зарослях бурьяна высотой более 1 метра. Водятся в бурьяне и коростель, и тетерев, и перепел. Но как их взять?

Поэтому утверждать, что сельскохозяйственная деятельность человека ложилась тяжелым прессом на охотничьих животных, и радоваться тому, что этот пресс исчез, по-моему, неправильно. Это то же самое, что радоваться сгоревшему по соседству дому: мол, и погрелись, и вид из окна ничто не загораживает. Поэтому в этой ситуации, нет добра, а есть только худо.

Собственно о весенних палах

Сразу оговорюсь: я ни в коей мере не оправдываю поджигателей, понимаю губительность пожаров, видел сам и сгоревшие гнезда тетеревов и погибших мышей, ежей. Я лишь выступаю против поверхностного взгляда на эту тему.

Проблема гораздо глубже, чем нам ее преподносят СМИ. Я выступаю против предложения огульно наказывать тех, кого называют поджигателями, против того, чтобы называть поджигателей браконьерами, не разобравшись в существе дела, не найдя истинных виновников.

Читайте материал "Крик души: кто поджигает наши леса?"

Сейчас получается, что виноват весь народ, что весь народ плохой. Штрафовать тех, кто чиркает спичкой или зажигалкой, призывают все СМИ и «РОГ» в том числе. Но, уважаемая редакция, вы же ездите по стране, вы же видите гигантские пожары весной и осенью!

Кто поджигает?

Я проезжал по Рязанской, Владимирской областям и по Мордовии. Горят поля и луга. Ночью зрелище непередаваемое. Думаю, в других местах то же самое. Так кого же наказывать? Всю страну? Или все сельское население?

Давайте попробуем разобраться, что же такое пал, кто поджигает, для чего, кому это выгодно. Ведь согласитесь, бороться с проблемой можно только разобравшись в ней, а это сложнее, чем назначить виновных и собрать с них штрафы, увеличивая штат судебных приставов.

Итак, кто поджигает?

1) Поджигают дурни, бездельники, которые хоть и выросли в деревне, но ничего не понимают в крестьянском труде, ничего не умеют, ничему не хотят учиться и нигде не работают. Их некому ни воспитать, ни остановить, ни наказать. Их даже увидеть некому, потому что обезлюдело село.

Идет такой оболтус по дороге, пьет разрекламированное пиво, жует разрекламированную жвачку, курит сигареты.  И толкает его на «подвиги». Вот и поджигает сухую траву возле дороги, не думая о последствиях.

 

Весенние палы: ищем виноватых

фото: Fotolia.com

А где ему думать-то научиться? Кто его думать научит не только о себе, но и о других? В школе больше преподают, чем воспитывают.

2) Поджигают крестьяне (или сельхозтоваропроизводители), занимающиеся выращиванием зерновых культур. Поджигают целенаправленно.

Читайте материал "От весеннего пала невозможно убежать"

Дело в том, что после уборки зерновых на полях остаются валки соломы, которые затрудняют последующую перепашку. Используемые зерноуборочные комбайны приспособлены или для накопления соломы в копнителях, для последующей уборки копен соломы с поля, или для измельчения соломы, чтобы она легко запахивалась.

Но для облегчения и упрощения технологического процесса с комбайнов снимают копнители и измельчители. Солома остается в валках. На поле ее и поджигают, чтобы можно было после уборки пахать.

Зола в какой-то степени удобряет почву. Так дешевле, а значит выгодней. В бизнесе, даже сельскохозяйственном, важна прибыль, а все остальное по боку.

3) Поджигают те, кто занимается сенозаготовкой для себя или на продажу. Косить сено хорошо там, где выкашивалась пожня в прошлом году, и если отава не отросла из-за сухой и холодной осени.

А если в августе и сентябре были хорошие дожди при теплой погоде, трава на скошенных в июле участках снова отрастет до 50 см. По такой отаве или при расширении покоса приходится косить луга со старьем, с прошлогодней травой. Качество сена от этого гораздо ниже. Его не продашь.

Тут два выхода. Или затратив довольно большие деньги, скосить и убрать сено со старьем, потом куда-нибудь пристроить его по дешевке (в лучшем случае), или весной пустить пал. Последнее дешево и эффективно.

 

Весенние палы: ищем виноватых

фото: Fotolia.com

После пала качество сенокосных угодий ничуть не хуже. Сено чистое, без старья. Выгода налицо. О социальной ответственности бизнеса мы уже говорили — прибыль важнее.

Справедливо ли будет наказывать за это сельского предпринимателя, если у нас вся страна живет по принципу: « Главное прибыль, после нас хоть потоп»?

4) Поджигают приезжие отдыхающие. Уха на природе, шашлыки. Около речки, в лесу, около родников, на пляжах. После пикников остаются очистки, объедки, бутылки, пакеты, стаканы и прочая мелочь. А также непогашенные костры.

На местах ночных гулянок остается много чего, вплоть до мобильных телефонов и одежды, не считая еды и выпивки. Мы, селяне, все же не доходим до такого бесшабашного разгула. Мы-то знаем, что сюда еще придем. Приезжие больше не придут. Они придут на другое место и его тоже загадят.

5) Поджигают местные по неосторожности. Есть еще в деревнях охотники, рыбаки, грибники. Есть ребятишки со своими забавами. Об умышленных поджогах тут речь скорее всего не идет. Но непогашенный окурок, брошенная спичка, оставленный без присмотра костер могут сыграть свою роковую роль.

Читайте материал "Ток на лесных гарях"

Мальчишки-пацаны всегда баловались со спичками. Даже умышленное поджигание ребятишками сухой травы за грех никогда не считалось — опасности не было. Ведь около деревенских построек никакой бурьян не водился, не было и брошенных домов. Трава вокруг усадеб аккуратно обкашивалась, а если нет, то потравливалась или вытаптывалась скотиной.

6) Трава может загореться от выхлопа автомобилей и тракторов. Искры из глушителей тракторов с неправильно отрегулированным топливным насосом не редкость. Как загорается сено от этих искр, я видел сам. Так что может загореться и бурьян. Исключать нельзя.

7) Нельзя также исключать и самовозгорание от брошенного стекла, бутылок и прочего светопреломляющего хлама. Свидетелем таких возгораний я не был, но случаи вполне возможны.

Мы просмотрели семь типов «поджигателей». Всех их, конечно, можно назначить виновными, наказать, оштрафовать. Но ничего не изменится.

Картина, мне кажется, будет неясна до конца, пока мы не рассмотрим еще один аспект этой проблемы. А что же все-таки поджигают и откуда это берется?

Бурьян при солнечной весенней погоде высыхает за двое-трое суток. Воспламеняется мгновенно, достаточно просто чиркнуть спичку и бросить ее под ноги. При нормальном среднем ветре фронт пламени высотой до 2 метров (в зависимости от травостоя) передвигается со скоростью до 10 километров в час.

Притом горящий пепел делает перелеты до 50 метров и создает новые очаги возгорания. Поэтому остановить пал можно только ночью: когда падет роса, пламя несколько затухает, хотя совсем и не гаснет.

Если пал врывается в кустарник или лес, то сила его возрастает многократно. Погасить пал практически невозможно, его можно только локализовать, опираясь на естественные преграды. Тогда, сожрав все, что горит, он потухнет.

Деревянные постройки в полосе весеннего пала отстоять очень трудно. Ближе 10 метров к фронту пламени не подойдешь — сильный жар. Мощь весеннего пала усиливается там, где несколько лет не горело, потому что бурьян не успевает перегнить за год-два и горючий материал накапливается. Так вот что такое весенний пал!

 

Весенние палы: ищем виноватых

фото: Рудмана Виктора

А теперь представьте себе, уважаемые читатели: на какой-нибудь нефтебазе разлиты лужи топлива, нет средств пожаротушения, запорная система на цистернах отсутствует, да и сами цистерны с топливом стоят не по проекту; и вот на эту нефтебазу впускают бензовоз с неисправным глушителем. Происходит пожар. Кого накажут? Неужели водителя?

Кто виноват

Извечные российские беды — извечный русский вопрос: «Кто виноват?» Трудно дать категоричный ответ. Легко осуждать других. Легко критиковать. Трудно что-то делать! Боюсь ошибиться. Буду рад, если мои мысли вызовут дискуссию, и я узнаю мнения иные.

Я слышал высказывание патриарха Кирилла: «Мы пытаемся построить общество, пытаясь опереться на капитал, забывая при этом о человеке. Как оказалось, это невозможно».

Я полностью с ним согласен. Нельзя ставить получение прибыли во главу угла. Нельзя забывать обычаи и традиции исконно русского построения общества, где духовность и честность, бескорыстие и простота ценились намного больше, чем богатство. Молитва «золотому тельцу» не заменит чувство патриотизма. Недавний Ванкувер это лишний раз доказал.

Виноваты в весенних палах, по большому счету те, кто пытается строить здание нашего общества на таком хлипком и шатком фундаменте, как деньги. В этом здании или окна лопнут, или стены перекосятся, или крыша потечет. Виновными назначат кровельщика, стекольщика или каменщика.

Архитектор же остается в стороне и советует наложить заплатки на слабые места. А это намного увеличит стоимость самого здания.

В России много сельскохозяйственных площадей заброшены. Не копаются огороды, не убираются покосы, брошены не отдельные дома — целые поселки. Деревня вымирает. Продовольствие завозится из-за рубежа. Кто в этом виноват? Неужели народ?

Тогда виноват и алтайский архар, что не может убежать от вертолета. А рыбаки с китайскими сетями совсем не браконьеры — рыба же сама весной прет в лесочные жабровки.

Истинным поджигателем является не тот, кто спичку бросил, а тот, кто создал условия, чтобы горело. Лишь бы прибыль была! Вот этому поджигателю, как говорится, первый кнут.

Вот мы и подошли к вопросу: что делать? Если бы затраты на тушение весенних пожаров направить на поддержку сельского хозяйства России, если бы туда же прибавить суммы убытков от палов за последние года, я уверен, что не останется ни одного необработанного клочка земли.

Люди поедут из перенаселенных мегаполисов в сельскую местность, и гореть в лугах и полях будет просто нечему. Но на это нужна политическая воля.